Пораженные богатством Константинополя, крестоносцы стали разрушать и грабить дворцы и богатые дома предместий. Чтобы от них избавиться, византийский император Алексей стал переправлять крестоносцев на кораблях в Малую Азию, где, оборванные и безоружные, они были постепенно перебиты турками. На Никейской равнине поднялись целые холмы из костей крестоносцев, а захваченные в плен были обращены в мусульманство и проданы в рабство.

Только около трех тысяч человек сумели избежать преследований сельджуков. Некоторые из них, вернувшись в Константинополь, постарались пробраться обратно на родину, другие же остались ждать подхода главных военных сил.

Так трагично окончилась попытка западных крестьян бежать из-под власти меча и креста. Они жестоко поплатились за мечты о свободе и счастье, за то, что поверили «святому отцу» — папе, наместнику бога на земле, который хотел избавить себя, церковь и феодальную знать от опасных смутьянов и «бунтовщиков».

Между тем снарядилось в Европе и рыцарское крестоносное войско, до 300 000 конных рыцарей и пехоты, за которым тянулись 200 000 богомольцев, женщин и детей. Вместо папы пошел его представитель — легат. Общего вождя не было, и рыцари переходили из лагеря в лагерь, не зная никаких приказаний. Большинство снарядилось так, как будто не рассчитывало на возвращение. Они везли с собой все имущество, оружие, утварь, деньги и вели всех своих людей.

В Византии крестоносцы с удивлением узнали, что ее нечего спасать от язычников, как говорил папа. В рядах византийского войска были те самые мусульмане, которые, по словам папы, будто бы притесняли христиан и от которых они собирались освобождать Иерусалим.